Кусты беззвучно раздвинулись, выпустив посланца и Анётеля, по виду которых никак нельзя было заключить, что им только что пришлось пробежать несколько километров по густому лесу.

– Добрый день, – произнёс Роман, не двинувшись с места. Он уже давно знал, что эльфы не терпят прикосновений и здороваться нужно на расстоянии.

– День сегодня и впрямь добрый, – подтвердил эльф. – Погода замечательная, в самый раз, чтобы устроить стрельбы, так что ты пришёл вовремя.

Роман обречённо кивнул. Стрельбы с участием человека – лучшего развлечения эльфы не могли бы придумать. Неуклюжие попытки Романа управляться с тугим эльфийским луком, неизменно вызывали жизнерадостный смех окружающих.

– Смех без причины – признак дурачины, – бывало ворчал обиженный Ромик. Сейчас, узнав об эльфах многое, он уже так не считал. И уж тем более не пытался уклониться от участия в стрельбах.

Они двинулись по дороге, больше всего напоминавшей звериную тропу. Роман старался шагать поаккуратнее, но всё же ловил саркастические взгляды, в которых явно читалось удивление, как можно ломиться, производя так много шума.

Посёлок, в котором жил владыка Гладриэль, и обычно собирались сходки, насчитывал полсотни домов, по большей части наземных шалашей, хотя можно было видеть и убежища, устроенные по-старинке, на ветвях неохватных дубов. На вытоптанной поляне уже устанавливали мишени, нарочито большие, чтобы стрелы, пущенные Романом, тоже вонзились в обтянутый кожей щит. Эти мишени, каких прежде эльфийский народ не знал, и которые прежде так обижали Романа, теперь вселяли в него некоторый оптимизм. И дело не в том, что он стал лучше стрелять, скорее напротив, но просто это было доказательством, что новшества эльфам не вполне чужды.

На праздник собралось сотни полторы жителей, все были с луками, все гомонили и заранее смеялись. Стрельбы – единственное время, когда бесшумные и обычно молчаливые существа отводили душу, производя ужасный тарарам.